Коридор «Север‑Юг» морской, сухопутный и железнодорожный, длиной 7200 км, от Бомбаи, Оман, Иран, России до Хельсинки.

Россия в данный этап своей истории сталкивается с беспрецедентными вызовами на фоне последствий украинской войны и ускоряющихся изменений политической и безопасной ситуации как в глобальном масштабе, так и в её ближнем окружении, которое входит в сферу её жизненно важных интересов и составляет часть перспективных проектов, которые Москва стремится реализовать в сфере международных и региональных перевозок. Эти сложности в международной и региональной обстановке породили риски в нескольких направлениях, стоящие перед Россией, включая угрозы, ставящие под сомнение её исторически накопленный контроль над выходами к тёплым морям, а также её попытки превратить замёрзшие северные моря в международный торговый транспортный коридор, конкурирующий с крупными путями, такими как Суэцкий канал и Панамский канал. Характер рисков, связанных с выходами и водными путями, влияющих на Россию, различается в зависимости от региона. Риски в Чёрном море обусловлены превращением региона в театр военных операций, что явно сказывается на внешней торговле России и её влиянии на мировые моря, а также на желании обеспечить снабжение своих флотов, особенно в Средиземном море. Исторический интерес России к Чёрному морю сохраняется со времён современной российской государственности, возникшей после распада Советского Союза, и остаётся важным элементом внешнеэкономической стратегии России. Россия является вторым по величине экспортером нефти в мире, и 22 % её поставок проходит через черноморские порты; кроме того, она экспортирует зерно, будучи вторым в мире производителем пшеницы (более 100 млн тонн в год). Риски в Балтийском море связаны с обострением конкуренции с Западом, представляемым силами НАТО, и ростом напряжённости там на фоне европейской и западной реакции на российскую военную операцию в Украине. Риски, связанные с проектом Северного морского пути, обусловлены позицией администрации президента США Дональда Трампа и позициями стран, имеющих выход к полярному региону, относительно видения России будущего этой зоны. Наконец, существуют вызовы в отношении Каспийского моря и проекта международного транспортного коридора «Север‑Юг», обусловленные напряжённостью в Персидском заливе, эскалацией вокруг Ирана и неопределённостью ситуации в этом регионе. Морские пути на Ближнем Востоке и в Персидском заливе являются одними из ключевых элементов глобальной геополитики, через которые проходит значительная доля мировой торговли энергоресурсами. Наиболее важными из этих путей являются Ормузский пролив, Баб‑эль‑Мандеб и Суэцкий канал, образующие стратегический узел в мировой торговой сети. Для России эти пути представляют собой часть более широкой геополитической уравнения, связанной с переустройством международного порядка: Москва стремится сократить западное доминирование над торговыми маршрутами и укрепить альтернативные евразийские коридоры. К этому добавляются угрозы, возникающие из‑за напряжённости в Персидском заливе и закрытия Ормузского пролива, через который проходит около 20 % мирового нефти и газа. Также существуют риски, связанные с Баб‑эль‑Мандеб в Йемене, где обострение происходит после захвата хуситами значительных территорий и их обладания смертоносными иранскими ракетными системами, способными поражать суда, проходящие через Красное море от Баб‑эль‑Мандеб и Суэцкого канала. Чёрное море служит России основной базой для расширения её морского влияния за пределами непосредственного региона. Флот Чёрного моря обеспечил логистическую поддержку российской операции в Сирии, позволив Москве установить ограниченную зону контроля в восточном Средиземноморье. Самой важной задачей России в отношении Чёрного моря остаётся восстановление его стабильности и способности сохранять то, что она считает историческими достижениями, достигнутыми после захвата восточноукраинских территорий с протяжённым берегом Чёрного моря, а также Азовского моря. Хотя реакция Запада на российскую военную операцию в Украине явно отразилась на российской экономике, её влияние, наряду с превращением Чёрного моря в театр боевых действий, не привело к полному прекращению российского торгового оборота через черноморские порты. В 2024 году сельскохозяйственный экспорт России достиг 43 млрд долларов, что вдвое превышает объём экспорта вооружений до кризиса и является важным источником доходов в российском бюджете; значительная часть зернового экспорта проходит через черноморские порты. Напряжённость между Российской Федерацией и НАТО в Балтийском море за последние годы достигла беспрецедентных уровней. Хотя это море всегда было ареной соперничества сторон, после объявления Россией в феврале 2022 года о начале военной операции в Украине Балтийское море превратилось в чрезвычайно опасную военную арену, предвещающую возможный глобальный конфликт между крупными ядерными державами, такими как Россия и НАТО, включающим ядерные государства, среди которых США и Франция. Решение Швеции и Финляндии вступить в НАТО стало одной из ярчайших проявлений обострения напряжённости между Россией и Западом. Это событие неизбежно отразится на позиции России в Балтийском регионе и в Европе в целом. Всё более очевидно, что геополитический и военный дисбаланс между Россией и Западом не служит интересам России в условиях острого обострения российско‑западного противостояния. При этом у России остаётся множество возможностей защитить свои интересы и избежать полной изоляции в регионе, а также предотвратить наиболее опасную эскалацию, которая могла бы привести к прямому военному столкновению с НАТО. К рискам превращения Балтики в глобальную арену конфликта между крупными ядерными державами добавляются опасения, высказанные российской стороной, что страны Прибалтики могут попытаться закрыть Финский залив, через который Россия имеет выход к Балтике, или даже закрыть Датский пролив, соединяющий Балтику с Северным морем и Атлантикой, ограничив движение российских судов, особенно на фоне продолжающихся дискуссий в Европейском союзе о полном запрете прохода российских нефте­танков через датские проливы. Второй источник напряжённости, который, по мнению России, может привести к мировой войне, – это возможность того, что НАТО закроет Сувалькский проход, соединяющий Россию с Калининградской областью. В ноябре 2025 года Андрей Колесник, член Комитета по обороне Государственной Думы, предупредил, что «если произойдёт полное закрытие этого прохода, начнётся Третья мировая война в соответствии с военной доктриной, со всеми вытекающими последствиями». Хотя Чёрное море остаётся наиболее напряжённым регионом с точки зрения вероятности столкновения России и НАТО, с косвенными столкновениями между Россией и странами альянса в условиях продолжающегося украинского конфликта, продолжающаяся напряжённость в отношениях России и Запада в Балтике, учитывая её политический и геостратегический характер, предвещает превращение этого региона в главный театр военных операций. В отличие от Чёрного моря, где Турция и Грузия предпочитают не разрывать отношения с Россией из‑за украинского конфликта, аналогичных стран‑соседей в Прибалтике нет; и Россия, и страны Прибалтики‑члены НАТО рассматривают друг друга как потенциальную угрозу. Ормузский пролив считается одним из важнейших морских путей для энергоресурсов в мире, соединяя Персидский залив с Индийским океаном через Оманский залив. Пролив пропускает 20‑21 млн баррелей нефти в сутки, а также значительные объёмы сжиженного природного газа, в частности из Катарa, к мировым рынкам. Поэтому текущий кризис в Персидском заливе напрямую отражается на энергетических рынках, негативно сказывается на России и её влиянии в регионе, а также ограничивает возможность создания поставочных коридоров через Иран в Индию. Стратегический проект «Север‑Юг» от Индии до России представляет собой крупный международный транспортный коридор, в котором участвуют Иран, Индия и Россия (страны‑основатели), а также Оман, Турция, Казахстан, Армения, Кыргызстан, Таджикистан, Беларусь, Украина, Сирия и Болгария. «Север‑Юг» состоит из сети морских, наземных и железнодорожных линий общей протяжённостью 7 200 км, начинается в Бомбее (Индия), соединяя Индийский океан и Оманский залив с Каспийским морем через Иран, далее направляется к Санкт‑Петербургу, откуда – к Северной Европе, вплоть до столицы Финляндии Хельсинки. Этот проект считается одним из самых дешевых маршрутов, связывающих континенты Азия и Европа, конкурируя с Суэцким каналом: транспортные расходы снижаются на 2 500 долларов за каждые 15 тонн, а время в пути сокращается до 14 дней против 40 дней через Суэцкий канал. Однако реализация проекта затруднена международными санкциями против Ирана и текущей войной в Иране, в которой участвуют США и Израиль (с 28 февраля 2026 года). Россия использует этот проект для выхода из экономической изоляции, восстановления торговых связей с европейскими рынками и конкуренции с растущим китайским влиянием в Центральной Азии. Экономическая оценка проекта высока: он сократит транспортные расходы между Индией и Россией примерно на 30 % и время перевозки – на 40 % по сравнению с традиционными маршрутами, согласно отчёту The Diplomat от 4 мая 2015 года. Главная линия коридора будет пересекать дочерние линии, проходящие через Среднюю Азию и Восточную Европу, прежде чем достичь Санкт‑Петербурга и далее европейских рынков наземным и морским путём, что усиливает экономическую и стратегическую значимость проекта. Морской путь Северного моря – таяние льда – усиливает конкуренцию между Россией и Западом. В последние годы, на фоне жёстких западных санкций против России и попыток США и стран Западной Европы изолировать её, закрывая международные транспортные и логистические цепочки, роль Северного морского пути значительно возросла и сейчас является прямыми воротами России к мировым рынкам. В условиях нестабильности международных транспортных и логистических маршрутов доступ к странам Юго‑Восточной Азии, Индии, Персидскому заливу и Африке, где торговые связи постоянно развиваются, имеет для России первостепенное значение. Путь Северного моря является частью транспортного коридора через Северный полюс, национального российского маршрута, пролегающего по водам Северного замёрзшего океана вдоль северного побережья России. Он короче на 40 % традиционного пути от Санкт‑Петербурга до Владивостока через Суэцкий канал, однако навигационный сезон ограничен двумя‑четырьмя месяцами, и круглогодичное использование возможно только при сопровождении ледоколов, что обеспечивает доступ к богатым ресурсам полярного континентального шельфа и сибирским отложениями. Полярный регион производит 10 % мировой нефти и 25 % природного газа; около 80 % всех запасов нефти и газа в Арктике сосредоточено в северной России, преимущественно в шельфах Карского и Баренцева морей. Россия возлагает надежды на то, что со временем Северный морской путь станет альтернативой или конкурентом существующим маршрутам, таким как Суэцкий канал. Однако эксперты сомневаются в способности северного коридора конкурировать с Суэцким каналом по ряду причин, прежде всего из‑за арктического климата: судоходство возможно лишь в ограниченный период года (3‑4 месяца), а коммерческие суда требуют сопровождения ледоколов, что удлиняет рейс. Кроме того, необходимо, чтобы грузовые суда выдерживали экстремальный холод. Каспийское море сталкивается с реальной угрозой возгорания в результате войны в Иране. В отличие от ситуации в Чёрном и Балтийском морях, Каспийское море не было ареной прямой конкуренции между Россией и Западом и не представляло непосредственной угрозы столкновения. В августе 2018 года в городе Актобе (Казахстан) лидеры пяти стран – России, Азербайджана, Ирана, Казахстана и Туркменистана – подписали соглашение о правовом статусе Каспийского моря, установив правила навигации, рыболовства, научных исследований и прокладки трубопроводов. Тем не менее стабильность Каспийского моря в последние десятилетия оказалась под непосредственной угрозой из‑за израильско‑американского удара по Ирану. Эскалация на Ближнем Востоке уже не «далёкие новости» для жителей южной России. Война между Ираном и израильско‑американским альянсом вызывает вопросы о хрупкой стабильности Каспийского моря. Наблюдатели предупреждают, что в случае затяжного конфликта Иран вновь обратится к российской поддержке – продовольственной и иной помощи в рамках программы «аренда‑лизинг», и в этом случае Каспийское море может стать целью ракетных ударов со стороны американских и израильских самолётов. С другой стороны, россияне изучают «Индийский морской экономический коридор» (IMEEC) – экономический путь между Индией, Ближним Востоком и Европой, направленный на переориентацию логистики в Индийском океане и создание экономической зоны с двумя центрами: западным побережьем Индии и Персидским заливом. Коридор состоит из двух отдельных путей: один соединяет Индию с Персидским заливом, другой – Персидский залив с Европой; он простирается от индийских портов через ОАЭ, Саудовскую Аравию, Иорданию, Израиль и Италию до Соединённых Штатов. Как Россия будет отвечать на эти вызовы, чтобы сохранить своё морское влияние Россия определила механизмы противостояния вызовам, влияющим на её влияние в морях и океанах, в «Морской доктрине», утверждённой в 2022 году, где подчёркнута цель укрепления позиции России как ведущей мировой морской державы. К этому добавлена российская инициатива по безопасности в Персидском заливе, предложенная несколько лет назад. Москва рассматривает морские пути на Ближнем Востоке через три основных измерения: глобальная энергетическая безопасность, геополитический баланс и многополярный международный порядок. По мнению Москвы, стабильность морских путей в Персидском заливе необходима для поддержания стабильности мировой экономики и энергетических рынков. Поэтому Москва призывает обеспечить свободу международного судоходства и избежать монополизации управления стратегическими путями одной державой; эта позиция отражает российское видение международного порядка как многополярной системы, основанной на